Валентин Иванович Козин обладает, пожалуй, уникальным набором специализаций в мире хоккея. Речь не только о его игровой карьере: начав как правый крайний нападающий, он оставался на этой позиции до завершения своего долгого и успешного пути, став одним из лучших снайперов отечественного хоккея своего времени.
Помимо игровой практики, около десяти лет он активно проявил себя как хоккейный арбитр, семь раз входя в десятку лучших судей сезона, что свидетельствует о высоком уровне его работы.
Валентин Иванович также внес значительный вклад в административную сферу, занимая ответственные и по-настоящему «рабочие» должности в Федерации хоккея СССР и России. Среди них была и должность генерального секретаря ФХР. На рубеже веков он плотно занимался молодежной сборной России как начальник команды.
После ухода с активных руководящих постов, Козин инспектировал матчи Континентальной Хоккейной Лиги. На нынешнем этапе жизни он обратился к литературному творчеству, выпустив совместно с известным журналистом Леонидом Рейзером солидный труд под названием «Хоккей. Уроки русского». Отзывы о книге объемом почти 500 страниц часто используют эпитет «фундаментальный». Судя по доступным отрывкам, это действительно так. Не каждый человек в зрелом возрасте, даже имея богатый опыт и желание им поделиться, находит в себе силы реализовать такой масштабный проект, за что соавторы заслуживают большое уважение.
Эта книга не является мемуарами, хотя личные воспоминания Валентина Козина, безусловно, присутствуют. Ведь он непосредственно соприкасался со многими творцами «русского чуда» в хоккее и был участником многих важных событий. «Уроки» представляют собой ощутимый вклад в осмысление феномена отечественного хоккея через призму «различных аспектов тренерской деятельности», представленных в «портретной галерее отцов-основателей и их последователей». Вероятно, в книге нет скандальных или «жареных» фактов – это не соответствует характеру Козина, которого подобные стороны хоккейной жизни интересуют меньше всего, да и его деятельность не располагала к дешевому популизму.
Судя по моим немногочисленным встречам и беглому общению с Валентином Ивановичем во времена «доквебекских» чемпионатов мира, его аппаратная закалка во многом определяла стиль. Всегда элегантный, безупречно одетый, подтянутый, он, казалось, относился к моим вопросам с легкой иронией. Избегая резких суждений, он оценивал ситуации в развитии, а не сиюминутно, и всегда, похоже, знал гораздо больше, чем говорил. Это свойство опытного функционера, который не склонен к излишней жестикуляции и не спешит делиться секретами.
Позицию Козина можно понять: он работал в Управлении хоккея Спорткомитета СССР, был ответственным секретарем, а с конца 80-х – заместителем председателя Федерации хоккея в последние советские годы (один год даже возглавлял коммерческий комитет федерации). Пост генерального секретаря Федерации хоккея России он занимал в начале 2000-х – время, когда стабильность еще не была достигнута, но прорыв был уже близок. К этому прорыву на разных участках и уровнях прилагали усилия многие люди, для которых судьба отечественного хоккея была действительно важна.
Не вдаваясь в детали, стоит отметить, что Козин-функционер сталкивался со многими трудностями. Это были времена бурных дискуссий и скромных успехов, кредит доверия к российским хоккейным структурам периодически исчерпывался и восстанавливался с трудом. Пройти «между струй» на турбулентной должности было невозможно, и в эти моменты Валентину Ивановичу, независимо от согласия или несогласия с его позицией, можно было только посочувствовать. Опыт, безусловно, важен, в том числе и административный, но перелом был слишком резким, а задачи – масштабными и новыми, чтобы легко найти проторенную дорогу. Возможно, у Валентина Ивановича созревает замысел мемуаров о самых кризисных периодах отечественного хоккея, хотя воспоминания такого рода, вероятно, не приносят душевного тепла.
Судейская часть карьеры Козина сложилась вполне успешно. У него была склонность к этому роду деятельности, хотя сам он, возможно, не подозревал о наличии такого таланта. В юности он вынужденно отсудил одну игру, получил похвалу, но на предложение серьезно заняться судейством чуть ли не с возмущением ответил, что еще не стал настоящим хоккеистом. Гораздо позже, испытав на себе работу человека со свистком, он неоднократно повторял, что судейство должно быть уделом игроков, уже повидавших что-то в хоккее. Иначе, по его мнению, невозможно понять дух игры, а одного лишь знания правил недостаточно.
К судейству Козина привлек Андрей Васильевич Старовойтов – личность, легендарная в нашем, да и в мировом хоккее. Его описывали как «человека с очень приметливым взглядом, досконально знающего хоккейное дело», «мудрого и взвешенного». Козин начинал в первенстве Москвы, прошел школу первой лиги и, хоть не сразу, но и без долгих задержек, начал судить высший дивизион. Старовойтов не разочаровался в своем выборе. Валентин Козин не вошел в самый элитный судейский ряд, но пользовался немалым авторитетом, ошибался не чаще других, старался не противопоставлять дух и букву правил, справлялся с непростыми ситуациями. Он отработал на хорошем уровне восемь лет – не так уж много, но и немало. Вероятно, без этого опыта его карьера функционера сложилась бы иначе.
Однако отправной точкой была все же игровая карьера, корни которой уходят в военное и послевоенное детство. Его мать работала парикмахером, отец – в нефтегазовом НИИ, прошел войну от рядового пехотинца до старшины. Валя Козин формировался в пресненских переулках и дворах, которые во многом определили уникальность и самобытность не только этого хоккейного поколения. Раннее хоккейное обучение в комфортных условиях, безусловно, полезно, но более унифицировано. Двор же не мог «выпускать» одинаковых хоккеистов – здесь каждая мелочь играла роль, развивая индивидуальность. Именно поэтому звезды прошлых лет были так непохожи друг на друга. Это не ностальгия по прошлому, а констатация факта.
Великий тренер Анатолий Михайлович Кострюков, под началом которого Валя Козин оказался в «Локомотиве» после хоккейной секции «Метростроя» по рекомендации тренера Нила Гугнина, вспоминал в интервью Николаю Вуколову, что у Козина в «Локомотиве» было прозвище «Мотыль». По мнению Кострюкова, оно произошло из-за «порхающего» катания (хотя можно было бы подумать, что от глагола «мотыляться», но поверим опытному наставнику). Такое катание – наследие дворовых баталий, ему не научишь и не переучишь. В «Локомотиве» конца 50-х пробиться в состав было непросто, и новичку пришлось провести некоторое время в запасе – впрочем, недолго. Он отлично работал и поначалу играл в звене с Александром Гришиным и Юрием Чумичкиным, но потенциал его чувствовался мощный. Сезон 1960-1961 «железнодорожники» провели сильно, опередив ЦСКА на предварительном этапе в группе «Б». На финальном этапе они немного сдали, но все же заняли третье место, уступив лишь одно очко горьковскому «Торпедо». По иронии судьбы, эти медали стали единственными в истории как для горьковчан, так и для московского «Локомотива».
В «Локомотиве» того времени блистало первое звено: Николай Снетков, Виктор Якушев и Виктор Цыплаков. Их игра была настолько яркой, что они целиком вошли в сборную СССР и участвовали в чемпионате мира 1961 года, где завоевали бронзу. Якушев был настоящим гением, Цыплаков – прирожденным бомбардиром, Снетков умел всё. Но в 27 лет Снетков предпочел карьеру разведчика, и с осени 1962 года его место в звене занял Валентин Козин. Партнеры были на три года старше и гораздо опытнее, но относились к молодому без предвзятости, всячески поощряя его умение опережать соперников в ключевые моменты. Козин отличался не только высокой скоростью на льду, но и быстротой мысли. В таком окружении Валя начал активно «терзать» защиту и вратарей противника, забивая не хуже Цыплакова. (Виктора Якушева собственные голы не заботили – он снабжал партнеров передачами и эффективно работал в обороне). Есть мнение, что звено с Козиным стало играть даже лучше, чем со Снетковым, но к тому моменту состав сборной уже был практически сформирован.
Якушев был незаменимым игроком в командах Чернышева и Тарасова, для него всегда находилось место в сборной. С Козиным и Цыплаковым в сборной они сыграли вместе всего дважды – в январе 1964 года в предолимпийских товарищеских матчах против Канады и США. Американцам Козин забросил три шайбы, Якушев – две, но на Олимпийских играх в Инсбруке партнерами центрального нападающего Якушева были уже армейцы Леонид Волков и Анатолий Фирсов.
Возможно, Анатолий Владимирович Тарасов не простил Козину отказ переходить в ЦСКА, хотя мэтр намекал на определенные преференции, пробуя «строптивца» в сборной в звене с армейцами Дроздовым и Фирсовым еще в конце 1962 года. Однако всесильный Тарасов не имел рычагов давления: Козин учился в Московском институте инженеров транспорта на очном отделении, где была серьезная военная кафедра с военной специальностью специалиста по восстановлению путей. Тарасов отступил, одновременно закрыв для Козина дверь в главную команду страны. Во второй сборной Валентин Козин был постоянным игроком, выиграл в ее составе две Зимние универсиады, поездил по миру. Но к середине 60-х стало окончательно ясно, что о первой команде можно забыть.
«Локомотив» больше не пробивался в призеры, но давал бой любому сопернику. К концу 60-х Валентин Козин забросил за клуб в чемпионатах страны более 160 шайб – результат, безусловно, впечатляющий, второй в истории замечательного клуба (первый – у Виктора Цыплакова). По другим данным, на счету Козина в «Локомотиве» 206 шайб, но это, вероятно, с учетом голов, забитых в сезоне 1968-1969 в турнире за 7-24 места. Тогда «Локомотиву» не хватило всего одного очка, чтобы попасть в финальную шестерку. Валентин Козин много забивал, играл отлично, но… ушел в подольское «Торпедо». Родному клубу оставалось быть заметным недолго. Козин как-то смирился с мыслью о завершении хоккейной карьеры, что и собирался сделать после двух сезонов в Подольске. Но тут последовало неожиданное предложение от Николая Семеновича Эпштейна.
Приглашение Эпштейном «списанного» нападающего в «Химик», который незадолго до этого во второй раз завоевал бронзу, стало одним из знаковых событий межсезонья 1971 года. Эпштейн даже пошутил, что «вынимает Козина из-под нафталина». Мудрый Семеныч понимал, что делает: он видел, что Валентин, которому было чуть за тридцать, далеко не исчерпал свой потенциал. Козин назвал свой приход в «Химик» «второй молодостью», и статистика подтверждает это: за четыре сезона он забросил 15, 17, 19, а затем 21 шайбу. Получается, чем старше становился капитан «Химика», тем больше он забивал! Это, безусловно, неординарный факт. У ветерана Козина отлично складывалась игра в звене с Виктором Ликсюткиным и Александром Голиковым, а также с обоими братьями Голиковыми. Кстати, в сезоне 1974-1975, который «Химик» завершил на четвертом месте, 34-летний Козин разделил с 22-летним Александром Голиковым звание лучшего снайпера команды, забросив по 21 шайбе. После этого была «командировка» в Австрию и возвращение в Воскресенск, плавно перешедшее в судейскую карьеру. Игровая карьера продлилась почти 18 сезонов. В ее конце Козин также закончил институт физкультуры, получив второе высшее образование.
Валентин Козин во всех своих ролях – заметная фигура, но при этом всегда остающаяся несколько в тени. Вероятно, это свойство его натуры – нежелание излишне привлекать внимание или выпячивать себя.
Впрочем, за него говорят его карьеры – точнее, множество карьер, которым многие могут позавидовать.
- Досье
- Валентин Иванович КОЗИН. Родился 7 июня 1940 года в Москве. Советский хоккеист, нападающий, тренер, хоккейный судья, спортивный функционер. Мастер спорта международного класса, судья Всесоюзной категории.
- Карьера игрока
- 1959-1969 – «Локомотив» (Москва)
- 1969-1971 – «Торпедо» (Подольск)
- 1971-1975 – «Химик» (Воскресенск)
- 1975-1977 – «ВАТ Штадлау» (Австрия)
- 1977-1978 – «Химик» (Воскресенск)
- В чемпионатах СССР – 414 матчей, 235 заброшенных шайб.
- В национальной сборной СССР – 3 матча, 3 гола.
- Достижения
- Бронзовый призер чемпионата СССР 1961.
- Финалист Кубка СССР 1972.
- Обладатель Кубка Шпенглера 1967.
- Обладатель Кубка Ахерна 1972.
- Чемпион Всемирной зимней Универсиады 1966, 1968, серебряный призер 1962.
- В списке 34 лучших хоккеистов сезона 1964, 1965, 1966.
- Входит в число лучших снайперов отечественных чемпионатов (235 шайб), член клуба Всеволода Боброва (258 шайб).
- Карьера хоккейного судьи и спортивного функционера
- 1978-1988 – судья Всесоюзной категории.
- 1985-1989 – ответственный секретарь Федерации хоккея СССР, старший тренер Управления хоккея Спорткомитета СССР.
- 1990-1992 – заместитель председателя ФХ СССР.
- 1999-2001 – молодежная сборная России, начальник команды и генеральный менеджер.
- 2001-2002 – «Лада» (Тольятти), генеральный менеджер.
- 2004 – сборная России, генеральный менеджер.
- 2002-2007 – генеральный секретарь Федерации хоккея России.
- 2008-2015 – инспектор матчей чемпионата КХЛ.
