Истории тренеров, которые годами строили команду и приводили ее к успеху, хорошо известны. Однако гораздо чаще встречаются случаи, когда наставник проделывает долгий путь, но останавливается буквально в шаге от заветного титула. К сожалению, такие истории реже остаются в памяти болельщиков.
В сезоне 1981/1982 годов воскресенский «Химик» оказался на предпоследнем месте в чемпионате СССР и был вынужден бороться за сохранение прописки в Высшей лиге через переходный турнир. Этот провал не стал неожиданностью. После ухода Николая Эпштейна в 1975 году команду возглавил Юрий Морозов, известный своей чрезмерной мягкостью, что в тренерской работе скорее мешает. Как следствие, при Юрии Ивановиче в команде возникли проблемы с дисциплиной. «Химик» чаще разочаровывал своих болельщиков, чем радовал, прочно обосновавшись в нижней части турнирной таблицы.
В 1982 году главным тренером стал Владимир Васильев, который начинал свою игровую карьеру в «Химике» еще в конце 1950-х. Впоследствии он становился чемпионом страны в составе ЦСКА, играл за «Крылья Советов» и в Австрии. Тренерскую деятельность Васильев начал в 1975 году, пройдя путь от детской школы до работы помощником Бориса Кулагина в «Крыльях». Он также был главным тренером команды лигой ниже — «СК имени Урицкого». Таким образом, Владимир Филиппович считался молодым (41 год) и перспективным специалистом, но не более того.
Приняв «Химик», Васильев сосредоточился на двух ключевых направлениях: восстановлении дисциплины и активном привлечении талантливой молодежи из местной школы. Интересно, что первая задача во многом решалась за счет второй. Не имея абсолютного авторитета среди опытных игроков, Владимир Филиппович оказывал на них давление, вводя в состав молодых хоккеистов и тем самым обостряя конкуренцию за место в основе. Благо, новое поколение воспитанников школы «Химика» было богато талантами: Валерий Каменский, Андрей и Дмитрий Квартальновы, Андрей Ломакин, Герман Титов, Александр Черных. Уже на второй год работы, обновляя состав в основном за счет юниоров, Васильев добился значительного результата — команда завоевала бронзовые медали. Однако вскоре возникла типичная проблема для всех советских немосковских клубов — отток ведущих игроков. Братья Квартальновы два года провели в различных командах СКА, Каменский и Черных перешли в ЦСКА, Ломакин отправился в «Динамо». Но Владимир Филиппович не сдавался и продолжал следовать выбранному курсу. Школа «Химика» дала хоккею Валерия Зелепукина и Вячеслава Козлова; из других школ Васильев привлек Романа Оксюту, Леонида Трухно, Алексея Червякова и Алексея Яшкина. К сезону 1988/1989 вернулись Квартальновы и Черных, и «Химик» превратился в команду, способную всерьез бросить вызов многолетнему лидеру — ЦСКА.
— Дмитрий Вячеславович, первый сезон Васильева в «Химике» стал вашим первым на взрослом уровне?
— Я бы не назвал это полноценным первым сезоном. Я был совсем молод, всего 17 лет. Васильев заявил меня на один матч, потому что кто-то из игроков получил травму. Кажется, игра была в Москве, и я даже на лед так и не вышел. Владимир Филиппович часто так делал: включал молодых ребят в заявку, чтобы они прочувствовали атмосферу игры, немного «подышали» этим. Мы сейчас поступаем точно так же с некоторыми молодыми хоккеистами, которые пока не готовы играть — просто включаем их в заявку.
— Какие изменения произошли в «Химике» под руководством Васильева?
— «Химик» в те годы был своеобразной командой. У нас всегда играло много местных воспитанников, но главные роли часто доставались не им. Все-таки Москва рядом, и у нас хватало игроков оттуда, они зачастую были лидерами. Васильев начал очень серьезно работать со школой, с ее тренерами. Он пригласил своим помощником Геннадия Николаевича Сырцова, который тренировал нашу команду моего возраста. А у нас была сильная команда; мы, по-моему, заняли второе место в СССР среди сверстников. Нас стали активно привлекать к работе с основной командой, и это принесло плоды. Я всегда говорил и продолжаю утверждать, что местные игроки играют за родной клуб иначе. Для меня, например, выходить на лед в форме «Химика» значило очень много — это была моя команда, мой город. И сейчас то же самое: когда хоккеист выступает за команду из своего города, это для него особое событие, это сильно влияет на его игру. По-видимому, Васильев разглядел это в нас. Постепенно, не сразу, за несколько лет, мы стали ключевыми игроками и лидерами команды.
— Как Васильев этого добивался?
— Владимир Филиппович очень грамотно и последовательно подводил нас к основному составу. К каждому у него был свой подход. Он не бросал нас сразу в бой, а целенаправленно занимался нашим развитием. Огромную роль в этом процессе играл Геннадий Сырцов, который отлично знал всех молодых ребят. Кроме меня, там были Валера Каменский, Олег Лаврецкий, Игорь Марюхин, Олег Белоусов — только из нашего года было пятеро или шестеро. Валера выглядел перспективнее меня, Васильев его оставил в команде, а меня отправил в армию. Сказал, что я еще не готов и нужно поиграть в Первой лиге. За два года в армии я окреп физически и морально, и когда вернулся, стало гораздо легче. Вот такими методами к 1989 году у нас сложился по-настоящему сильный коллектив, готовый к большим достижениям. Мы к тому времени уже были крепкими, сформировавшимися игроками.
— А была ли у вас возможность избежать призыва в армию?
— Возможности были, конечно — например, Валере Каменскому, который тогда уже здорово играл, оформили отсрочку. Но Васильев на такой шаг не пошел. Я еще не мог реально конкурировать за место в основе. Владимир Филиппович это видел и не возражал против того, чтобы я набрался необходимого опыта в армейской команде. Два года я провел в СКА МВО, вернулся в «Химик» двадцатилетним, и вот тогда уже начался мой серьезный профессиональный рост. Это вполне нормальная ситуация: и сегодня есть ребята, которые созревают для большого хоккея чуть позже сверстников.
— Васильев как-то по-особенному готовил «Химик» к играм против ЦСКА?
— Сейчас, спустя годы, я лучше понимаю его подход. До того успешного сезона он нас практически никак не готовил к матчам с ЦСКА. Считал, что лучше сконцентрироваться на других соперниках, а армейцы, скорее всего, все равно победят. Когда мы выходили против них, порой сами не верили, что можем их обыграть. Но позже, когда наш коллектив стал по-настоящему сильным и сплоченным, Васильев осознал, что мы способны побеждать кого угодно. Вот тогда он и начал целенаправленно готовить команду к играм против ЦСКА.
— Как именно?
— Так, как и положено профессиональному тренеру — работа шла на физическом, тактическом и психологическом уровнях. Плюс добавлялись какие-то мелкие, но важные нюансы непосредственно перед игрой. Но он не пытался чрезмерно нас «накачать» эмоциями, в этом не было необходимости. Против таких сильных соперников, как ЦСКА, дополнительная мотивация не нужна — они сами по себе являются мощнейшим раздражителем. Настраивать команду, скорее, приходилось на игры против аутсайдеров, где могла возникнуть недооценка соперника и шапкозакидательские настроения. Впрочем, эта проблема актуальна и по сей день.
— Разбирали ли вы персонально игроков ЦСКА?
— Нет, а зачем? Первое звено — Крутов, Ларионов, Макаров; второе — Каменский, Быков, Хомутов. Разбирай их, не разбирай, они сами могли разобраться с кем угодно. Конечно, были определенные тактические установки, как противодействовать их игре; на ключевые вбрасывания в важных моментах выходил конкретный игрок. Но таких детальных разборов и наложений линий, как делают сегодня, в то время не было.
— Была ли у вас дополнительная мотивация, когда играли против бывших одноклубников из Воскресенска — того же Каменского или Ломакина?
— Нет, ничего такого особенного не было. До матча или после игры мы, конечно, общались по-дружески. Но во время игры он выступал за свою команду, я — за свою. И тот факт, что мы оба из Воскресенска, в этот момент уже не имел никакого значения.
— Какова была роль Валерия Брагина в той команде?
— Валера — настоящий капитан, и он сыграл огромную роль в моей карьере. Именно он помог мне вырасти и стать одним из лидеров команды. Когда я вернулся из армии, я играл в третьем или четвертом звене. В середине сезона Васильев поставил меня в тройку к Брагину и Володе Щуренко. Я играл с ними полтора года, и Валера оказался прекрасным наставником. Он был немногословным, но если что-то говорил, то делал это спокойным, уверенным голосом — и его действительно слушали. Я и сейчас убежден, что замечания или советы молодым игрокам гораздо эффективнее доходят, когда они исходят от лидеров раздевалки, а не только от тренера. Валера именно так и поступал, и я очень благодарен ему за эту поддержку и помощь.
Из четырех матчей против ЦСКА в сезоне 1988/1989 годов воскресенцы одержали три победы. Однако этого оказалось недостаточно для чемпионства — в итоге «Химик» стал серебряным призером чемпионата СССР, что является высшим достижением в истории клуба. Годом позже команда из Воскресенска лидировала после первого этапа чемпионата, но на финальный отрезок сил не хватило — вперед пропустили московские «Динамо» и ЦСКА. Лучшим бомбардиром чемпионата в том сезоне стал Дмитрий Квартальнов, набравший 53 (25 голов + 28 передач) очка. Это достижение стало последним значимым успехом для «Химика» на долгие годы. В 1990-е советский хоккей постепенно угасал, хоккеисты массово уезжали не только в НХЛ, но и в любые другие зарубежные лиги — эта участь не обошла стороной и игроков «Химика». А Владимир Васильев остался в истории клуба как самый успешный тренер, превзошедший результат Николая Эпштейна.
