Сезон 2007/2008 стал заключительным в истории Суперлиги, предшественницы КХЛ. Главным фаворитом чемпионата считался основательно укрепившийся под руководством Сергея Михалёва уфимский «Салават Юлаев». Команда полностью оправдала эти ожидания, уверенно лидируя в регулярном чемпионате и дойдя до финала плей-офф, поочередно обыграв «Амур», «Северсталь» и «Ак Барс».
Ярославский «Локомотив» начинал сезон под руководством Пола Гарднера, но уже в сентябре его сменил Кари Хейкилля. Под его руководством команде удалось стабилизировать игру и занять пятое место по итогам регулярки. В плей-офф ярославцы последовательно прошли «Ладу», СКА и действующего чемпиона — магнитогорский «Металлург», выйдя в последний финал Суперлиги.
В финальной серии «Локомотив» и «Салават Юлаев» встретились в максимальном количестве матчей (тогда играли до трёх побед). Серия стартовала 3 апреля 2008 года на новой восьмитысячной «Уфа-Арене». В первой же игре гости из Ярославля неожиданно победили со счётом 3:0, забрав преимущество своей площадки. О той драматичной серии вспоминают участники — нападающий «Салавата Юлаева» Алексей Терещенко и защитник «Локомотива» Александр Гуськов.
— Алексей Владимирович, какие задачи стояли перед «Салаватом Юлаевым» в сезоне 2007/2008?
— Для любого спортсмена цель всегда одна – победа. Иначе это неверный подход. В 2007 году отмечалось 450-летие добровольного вхождения Башкирии в состав России, к тому же открылась новая арена, вдвое превосходящая старую по вместимости. Конечно, руководство очень хотело победить и создало для этого все условия. Собрали действительно сильную команду. Для многих, включая меня, это был первый сезон в Уфе.
— Какую игру прививал команде Сергей Михалёв?
— Он придерживался принципов советской тренерской школы, делая акцент на атакующий, комбинационный хоккей. В начале было непросто из-за большого количества новичков. В период становления команды Сергей Михайлович много работал над созданием единого коллектива, способного бороться за чемпионство. И ему это удалось.
— За счёт чего?
— Прежде всего, за счёт игроков. Мы все были опытными, даже молодежь имела за плечами серьезный багаж. Например, Олег Твердовский уже выигрывал Кубок Стэнли. Мне было 27, но я к тому моменту уже трижды становился чемпионом страны и выигрывал Кубок Европейских чемпионов. С Александром Ерёменко, Владимиром Воробьёвым, Игорем Щадиловым мы побеждали ещё в «Динамо». Мы знали, как побеждать.
— Поражение в стартовом матче финала как-то повлияло на команду?
— У нас был достаточный опыт, поэтому тренерский штаб в основном давал точечные рекомендации, а не пытался что-то радикально менять. Когда проиграли первую игру, Михалёв не стал паниковать или что-то экстренно предпринимать, в этом просто не было необходимости.
— Кто из игроков «Локомотива» доставлял наибольшие сложности?
— Вся команда! «Локомотив» тогда, как и сейчас, был очень организованным коллективом. Нападающие, защитники, вратарь — все действовали на высоком уровне. Кари Хейкилля отлично поставил игру во всех аспектах — атаке, обороне, большинстве и меньшинстве. У них было всё необходимое, чтобы стать чемпионами.
— Насколько тяжело было настроиться на пятый, решающий матч?
— Честно говоря, детали первых четырех матчей финала вспоминаются с трудом. Запомнилось, что после третьей игры долго не мог заснуть. А на решающий матч настраиваться не составляет труда, нужно просто готовиться к конкретной игре, которую обязательно надо выиграть. Стараться отбросить все лишнее. Легко сказать, конечно, но важно правильно войти в игру. Кому-то нужно больше времени на разминке, кто-то входит через пару силовых приёмов, все по-разному. Многое зависит от коллектива, от того, насколько ребята смогут преодолеть эмоциональный и психологический барьер и насколько будут готовы к победе в решающем моменте. Думаю, у нас в пятой игре все эти факторы сошлись.
— Победа отмечалась бурно?
— Для «Салавата Юлаева» этот титул стал первым в истории клуба, поэтому праздновали с огромным размахом. Это было невероятно. Мы были счастливы подарить такой праздник болельщикам. Это было здорово, и словами сложно передать всю атмосферу, нужно было быть внутри.
— Александр Александрович, в какой хоккей играл «Локомотив» при Хейкилле?
— Если сравнивать с Петром Вуйтеком, с которым мы выигрывали чемпионства, то при Вуйтеке было больше доверия: его к нам, нашего — к нему. Было больше свободы для творчества, нестандартных решений. За счёт этого мы часто побеждали. Хейкилля же — это прежде всего строгие схемы, тактика, которой нужно было неукоснительно следовать; шаг в сторону считался побегом. Не хочу говорить много плохого; в целом это приносило определенные плоды, но более творческим хоккеистам мешало полностью раскрыться, когда это было особенно нужно.
— Например, в финале?
— Да, именно в финале мы столкнулись с творческим подходом со стороны «Салавата Юлаева». Они играли очень изобретательно, их нестандартные действия заставляли нас сильно попотеть. Мы же придерживались чёткой схемы. Не скажу, что это совсем плохо, но мы были более предсказуемы для соперника, чем они для нас. Особенно это проявилось в ключевые моменты.
— Какой эпизод стал решающим в пятом матче?
— Курьезный гол, который в итоге оказался победным. Незадолго до этого Ваня Ткаченко не реализовал выход один на один, а потом мы сразу пропустили. Это нас немного надломило. Конечно, никто не сдался, но психологически это сказалось.
— Как отреагировали вы и ваши партнёры на пропущенный гол?
— В первую очередь, мы поддержали вратаря. В сплоченной команде, в здоровом коллективе это обязательно нужно делать. Если такого не происходит, то требуется менять либо команду, либо тренера. У нас была отличная атмосфера, и все поддержали Сёму Варламова.
— Как лучше всего поддержать — добрым словом или шуткой?
— По-разному, каждый по-своему. Важно помнить, что вратари — это особенные люди, со своей психологией. Поэтому подход к ним должен быть правильным. В любом случае, поддержка со стороны партнёров никогда не бывает лишней.
— Насколько важна была роль трибун в той финальной серии?
— По моему мнению, фактор своего льда не так значим в начале серии. Но его влияние резко возрастает в седьмых матчах, или, как в 2008 году, в пятой игре. В том сезоне в Уфе открылся новый дворец, и на финале он был полностью заполнен. Болельщики оказывали огромное давление и очень сильно влияли на ход игры. Неизвестно, как бы всё сложилось, если бы решающий матч проходил в Ярославле.
— Как вы в целом оцениваете тот сезон и конкретно финал?
— Для меня поражение в решающем матче — это не столько выигранное серебро, сколько проигранное золото. Упустить шанс, когда Кубок совсем близко, прямо перед тобой — это невероятно больно. В следующем сезоне мы снова дошли до финала, уже в КХЛ, и снова была решающая игра. Вроде и опыт уже был, и спортивная злость, и тот же тренер, но снова всё решили какие-то нюансы.
